"The Cell" - Welcome to Hell!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » "The Cell" - Welcome to Hell! » ...Старая игра... » Номер Миэналь


Номер Миэналь

Сообщений 1 страница 40 из 92

1

http://s53.radikal.ru/i142/0810/06/1851e9dabbe8.png
http://s51.radikal.ru/i131/0810/ec/0656dc724721.png

0

2

>>>КПП
Нагаши провёл гостя до его апартаментов. Номер был выполнен в стиле древнего Вавилона, за округлой стеной находилась круглая кровать с шёлковым постельным белеем, расшитым золотом. Неподалёку стоял платяной шкаф, инкрустированный янтарём и драг. камнями. В номере пахло ароматами цветов и трав, окна были открыты и выходили на океан, приятно шелестевший в это погожее апрельское утро. Нагаши поставил чемодан около шкафа и отнёс многострадального гостя на кровать.
– Как я и обещал кроватка мягкая. Как пух. – тюремщик присел рядом с лежащим гостем. – Не желаешь ли принять ванную, пока я тут, могу помочь.
Он развернулся к парню и пристально посмотрел в красивые глаза.

0

3

<=КПП

Мужчина скрипнул зубами, когда его, точно составную часть багажа, уложили на постель. Где - то на пол пути мысли вновь вернулись к реальности, сообщая, что самого Миэналя приняли за "ручную кладь". Недовольство переросло в молчаливое возмущение и такую же тихую ненависть. Кто знает, что бы случилось, если бы путешествие заняло больше времени, но так как этого не случилось, итальянцу удалось очень быстро восстановить душевное равновесие. Номер был чудесным, на кровати - излюбленный шёлк, всё изысканно, но не вычурно. Проведя пальцами по покрывалу, он на минуту закрыл глаза и забылся, отдаваясь чувству полной безмятежности и блаженства. Что может быть лучше после путешествия, чем мягкая кровать? Однако голос "провожатого" заставил оторваться от лёгкой полу дрёмы и раскрыть глаза, которые тут же наткнулись на ответный взгляд со стороны тюремщика.
Приподнявшись на локтях и протянув одну руку вперёд, он играючись пробежал пальцами по плечу мужчины. - Почему бы и нет, особенно, раз уж ты решил мне помочь. - Миэналь ухмыльнулся, садясь и приникая грудью к его руке, шепча чуть ли не на ухо, до которого, правда, не доставал из - за разницы в росте и неудобного полу - лежачего, полу - сидячего положения.
Пф, подхалим. Думал, на избалованного простачка нарвался? Надежды рушатся порою со стремительной скоростью...

0

4

Не медля ни минуты Нагаши вскочил с кровати и подхватив парня на руки, перекинул его через плечо как коврик и понёс в ванную.
По пришествии Наг опустил парня на мягкое кресло, стоявшее прямо тут, а сам пошёл наливать воду. Джакузи наполнялось на редкость быстро. Наг налил немного пены, соли и ещё каких-то приправ и помешал бурлящий супчик медным ковшиком с длинной ручкой. 
– Суп… то-есть джакузя готова, – улыбнулся Наг и подошёл к гостю, – прошу! Тебя раздеть? – Он смерил парня самым наглым взглядом и слегка облизнулся. Как и в первый раз знакомства, он обвил талию парня рукой и слегка прижался к нему.

0

5

Нет - это уже все рамки переходит. Я ему что - кукла, половичок или дамская сумочка?
Всё время пока мужчина готовил "бульон", Миэналь сверлил его сердитым взглядом, точно решал, а можно ли будет его в этом джакузи утопить? Или сварить в кипятке. Или же устроить "случайное" падение на скользком кафеле. А после бурлящее возмущение, кричащая гордость и шепчущий разум пришли к компромиссу: подчиниться судьбе и вообще ничего не делать, действительно создавая из себя подобие резиновой куклы. Мимолётного взгляда на воду хватило, чтобы расслабиться и обмякнуть, обвивая руками шею собеседника и буквально вися на нём.
- А сам как думаешь? - он потёрся щекой о грудь мужчины, елозя и выражая нетерпение, однако, не предпринимая ни единой попытки раздеться самостоятельно. Наоборот, мешая этому, ведь из - за сцепленных "замком" за шеей рук стянуть рубашку было бы ой как сложно. Хотя итальяшка особо не сомневался в том, что это всё же сделают. Приходилось учитывать большую физическую силу оппонента и его наплевательское отношение к мнению самого Миэналя

0

6

Наг улыбнулся, ему всегда нравились такие распущенные молодые люди, с ними можно было делать всё что угодно, а с этим и подавно. Нашаши всегда замечал, что как бы дерзко и нагло он себя не вёл, не один гость не вытолкнул его из номера, напротив, почти все начинали вешаться на него или заговаривать по душам, и этот парень не стал исключением.
Видимо приезжающим сюда не хватает секса ещё больше чем мне. – тюремщик усмехнулся и провёл рукой по спинке парня.
С легкостью потянув за нежную ткань, Наг начал разрывать её медленно, наслаждаясь процессом. Под сильным нажимом его рук шёлк будто таял, нежно потрескивая. Резкий рывок и половинки воротничка повисли на смуглых плечиках парня.
С брюками всё было проще, ловкие пальцы Нага виртуозно расправились и с ремнём, и с молнией, а дальше штанишки соскользнули сами, обнажая длинные ноги гостя.
– Ручки… –  Нагаши высвободился из объятий парня и встав на одно колено, снял  с гостя ботиночки и брючки.
– А теперь в ванну! – из этой позы самым удобным был нижний захват под коленки, что наг и сделал, а когда парень мешочком повалился к нему на плечё, смачно шлёпнул его по заднице, – Эх, хороша! – и понёс в ванну.

0

7

Прощай, рубашка. Ты была дорога мне, да упокойся с миром в мусорном ведре
Он спокойно позволил раздеть себя, при этом еле заметно улыбаясь одними уголками губ. Какие мысли посещали бедовую голову - неизвестно, однако они были отнюдь не связаны с ангельски - милыми планами спокойно помыться, укутаться в халат и пойти спать, свернувшись на широкой постели калачиком.
Когда равновесие вдруг стало теряться, он инстинктивно махнул руками, пытаясь сохранить его, но так и не смог, рухнув на твёрдое плечё, точно куль с картошкой и хорошенько ударившись при этом животом. Душевное равновесие не пошатнулось ни в плохую, ни в хорошую сторону. По сути, ему было всё равно, кто там что говорит, кто его за что трогает и как. Боли он не боялся, унижения... Что ж, он даже не знал, что это такое. Просто глупая выдумка, при которой униженный является человеком, якобы обиженным судьбой на глазах у других. Проще говоря - нытьё и всё тут.
А ты как думал, какой она ещё может быть у богатеньких, вроде меня?
Когда тёплая вода обволокла всё тело, пропитывая кожу маслами и всем, что ещё было туда намешано и источало непонятный, но приятный аромат, Миэналь довольно прикрыл глаза, пальцами трогая пушистую пену и из под полу опущенных ресниц косясь на тюремщика. Фыркнув, он оторвался от сжимания пенки в кулаке и протянул мокрую руку в сторону мужчины, дотрагиваясь до его майки пальцами.
- А ты не желаешь ли раздеться, мм? Или у тебя специфический фетиш рассекать в мокрой одежде?

Отредактировано Миэналь (2009-02-20 01:00:59)

0

8

Когда Наг наблюдал за нежащимся гостем в его голове начали проноситься странные воспоминания двухсотлетней выдержки, когда он был ещё ребёнком и так же сидел в ванной, или не сидел, или это были лишь его мечты. Он всегда плохо помнил о детстве. Но мягкая пена заставляла его проникнуться самыми тёплыми чувствами, да, даже у таких как Окатара они были.
Он кивнул на слова гостя и снял с себя майку, оголяя хорошо накаченный смуглый торс. Его кожа была гораздо темнее, того благородного оттенка, полученного под палящим солнцем дорогих курортов, но зато подчёркивала его мужественность.
Наг провёл по волосам парня и изменился в лице, как будто что-то вспомнил:
– Кстати, а как тебя зовут? Я обычно не встречаю гостей, этим занимается Хозяин «дозы», но для тебя сделал исключение.

0

9

- Миэналь де Фабио. Зови, как хочешь, я не обижаюсь на сокращения, - он вдруг как - то задумчиво уставился на живот мужчины. То ли пытаясь разглядеть на нём хоть малейший изъян, то ли просто любуясь рельефными кубиками. Он не обратил внимания на то, что сам спрашивающий так же до сих пор оставался личностью неизвестной, не представившейся. Но, раз он так сделал, значит, у него на то были свои причины. Спрашивать его имя самостоятельно Миэналь не хотел и даже не собирался. Ещё немного поразмышляв и поводя мокрым пальцем то по животу, то по груди собеседника, он окунулся в тёплую воду, тут же выныривая и убирая длинные, мокрые пряди с лица одним изящным жестом. - Знаешь, ты скорее не делал исключений, а просто проходил мимо и не захотел, чтобы меня случайно приняли за нового заключённого. Не так ли? Ты не похож на тех людей, которые вообще могут что - то делать против своей воли, особенно встречать наглых, богатеньких личностей, которые уже просто не знают, куда запихнуть купюры. Меня, небось, тоже избалованным недоросшим отпрыском голубых кровей считаешь? - он еле заметно ухмыльнулся, беря в руки флакон с шампунем и щедро выливая густую жидкость на другую ладонь, после, втирая её в волосы, которые так и норовили спутаться и постоянно мешались, то, обвиваясь вокруг пальцев, то, создавая прочные узлы, которые после даже расчёской будет не распутать.

0

10

Нагаши вздохнул. Он конечно человеком был своевольным и редкие люди на этой планете могли ему, что-либо приказать, так, чтобы он сразу согласился. Но как раз сейчас был такой случай. Хозяин отеля, который обычно встречает гостей и сюсюкается с ними, уехал на большую землю. А этот парень по какой-то причине попал в КПП. Если бы его приняли за заключённого, проблемы возникли бы именно у Нагаши, а он их жутко не любил. Поэтому по наставлению хозяина отеля Нагаши должен был встречать заблудившихся гостей и сопровождать их в номера. Работы не было, а точнее Наг никогда её не выполнял и ради развлечения пошёл за этим пацаном.
– Да считаю! – хмыкнул Наг глядя на неловкие движения пальцев парня. – Я, Окатара Нагаши, Начальник местной тюрьмы. А тебя небось дома слуги моют…– Он вытащил пальцы парня из запутавшихся волос и сам принялся намывать непослушные пряди.
– Красивые волосы, только тебе их надо мыть травами, тогда будут более послушными, а то пользуешься всякой химией.
Волосы Мия в ловких руках Нагаши быстро распутались и приняли подобающую им форму. Тюремщик взял ковшик и несколько раз полил голову парня водой, продолжая массировать голову одной рукой, и до тех пор, пока не смыл весь шампунь.
– Эх, ну что с тобой делать… – Наг взял мочалку и пошёл на другой край джакузи, упираясь одним коленом в край он, опустив руку в бурлящую воду, нащупал ногу парня и резко потянул вверх.

0

11

- Слуги. Кто кого ещё моет, - он многозначительно хмыкнул, прикрывая глаза и позволяя намылить мужчине непослушные длинные волосы, которые под его пальцами расплетались, точно вовсе всегда и были прямыми, лишь вверх задрались.
"Опять буду на барашка похож. Интересно, я захватил плойку, или надо будет вновь варварским способом сжигать их утюгом? Неприятные воспоминания..." Он улыбался мыслям и воспоминаниям, наслаждаясь вниманием и бездельем. - Намылся уже травами за жизнь, хватит с меня, - запоздало отреагировал он на совет, лениво приоткрывая один глаз и наблюдая за перемещением Нагаши относительно положения самого Миэ. Не успел последний сообразит, в чём дело, как вновь ушёл под воду, отчаянно пытаясь выкрутить лодыжку из железной хватки мучителя.
В результате, кое - как, подтянувшись, он сумел вынырнуть, отплёвываясь и гневно сверкая глазами. - Ты обещал спинку потереть. Остальное я и сам могу, изверг. Я ведь тебе не заключённый! - непонятно было, на кого мужчина злится. Скорее всего, на себя, ведь именно он сам не прогнал вовремя тюремщика, позволив ему остаться и понять, что Ми сопротивляться совершенно не умеет и не намерен.

0

12

– Ты моешь слуг?! – Нагаши чуть не свалился в ванную от смеха. Но  вовремя опомнился и задержался рукой за край, и отпустив ногу парня.
Забавный парень, он мне определённо нравится.
– Ладно, не дуйся, я не подумал. Ну, притопил чуток с кем не бывает. – Он продолжал улыбаться, глядя на взъерошенного гостя с недовольной рожей.
Разогретый интересом к этому типу, Наг совсем забыл про свои прямые обязанности, а между тем ему необходимо было назначить бой и осмотреть прибивших заключённых, но плескания в ванной были куда приятнее рутинной работы.
Нагаши тяжело вздохнул.
– Вообще-то мне пора, с тобо конечно приятно пообщаться, ты забавный, но работа не ждёт. Если захочешь, ну там скучно станет, приходи ко мне в кабинет, я проведу экскурсию по тюрьме, только для тебя! А теперь мне пора.

0

13

- Скатертью дорожка, - эта грубая, на первый взгляд, фраза никак не вязалась с довольной мордочкой мужчины и взглядом, говорившем только о том, что так просто от него никто не отделается. Раз уж предложили провести экскурсию по тюрьме, то чего отказываться? Такой шанс...
Но пока что мир сузился до медленно исчезающей пенки и нежной, тёплой воды, обволакивающей тело. Надо было закругляться, так как в ином случае кожу после придётся обрабатывать ненавистными высушивающими кремами, которые всяко должны были стоять где - то тут, в ванной комнате.
- Ах да, ключи на кровати оставь, не в окно же мне выпрыгивать потом, - вслед уходящему тюремщику крикнул он, не сомневаясь, что обнаружит заветный брелок там, где попросил его оставить. Слишком велик риск, что в противном случае он и впрямь выкинется из окна и сломает себе что - нибудь. За это и моральную и физическую компенсацию платить никому не охота. Да и тем более с Нагаши завязались то ли дружеские, то ли просто хорошие отношения и тот вряд ли станет игнорировать просьбу наглого богатенького отпрыска. "Знал бы ты, каким образом досталось мне это богатство, может, не звал бы меня забавным. Хотя я и не против"
Улыбнувшись, он с самым сосредоточенным видом принялся намыливать мочалку, с силой натирая нежную кожу, которая от такого отношения слегка покраснела, что, правда, было незаметно из - за загара, который был на порядок темнее красноты. Точно желая смыть с себя не только дорожную пыль, но и все грехи, которых было ой как много даже за последние пару часов. Что уж о всей прошедшей жизни говорить.

0

14

Пройдясь намыленной мочалкой по коже дважды и ещё раз, тщательно сполоснув волосы, Ми выбрался из ванной, укутавшись в нежное махровое полотенце. Фыркнул и принялся обыскивать ванную на наличие крема. Того не оказалось, за то обнаружилось молочко, издающее тонкий запах миндаля, которое он с наслаждением нанёс на лицо и руки. Выйдя с ванной, Миэналь принялся рыскать по чемоданам в поисках более менее нормальной одежды, той, в которой не будет ни жарко, ни холодно. Наконец таковая была найдена. Следом за брюками да рубашкой была извлечена и расчёска, хотя, по правде говоря, к мокрым волосам ей было лучше не прикасаться. Измучавшись и разозлившись, мужчина просто пригладил пряди рукой и, подхватив брелок с ключами, поспешил покинуть номер, намереваясь исследовать хотя бы часть бара без помощи всяких проводников и доброжелателей.

=>Бар

0

15

--------------------Бар-------------------------

Матвей подошёл к номеру и только теперь отпустил руку гостя. Всё так же весело и язвительно он низко поклонился в пояс и указал на дверь, словно приглашая гостя войти первым, а потом уже преспокойно уйти... Или смыться... Это уж как пойдёт по задумке. Точнее задумки-то вовсе не было, все мысли бегали в голове спонтанно и неразборчиво. Адреналин в крови почему-то начал зашкаливать, сердце билось с бешенной скоростью, не давая ровно вдыхать, а кровь стучала в ушах, заглушая звуки. Ему казалось, что стук сердца слышат абсолютно ВСЕ вокруг. Хотя в коридоре никого и не было кроме них двоих... Что ещё больше... нет, не пугало, а раздражало мальчишку. Его язвительный тон и то, как красноречиво он мог выдыхать по-змеиному слова, могли вывести из себя кого угодно, а уж ввести в бешенство... фух ты! ЛЕГКО!
Сейчас Матвей не понимал, чего добивается, но его так сильно взбесило то, что его попросту отдали/продали/одолжили (что там они ещё шептались?), что Князь не мог уже контролировать себя и свой острый язычок. Так хотелось уколоть, обидеть, раздразнить этого статного господина с таким милым лицом.
"Симпатяшка... Интересно, о чём он думает? Я так просто сдаваться не буду, пусть и не надеется... Поиграем немного в дурачка? Хм... Будто я не понимаю, что тебе нужно!"
- Ну что же вы, господин? Вот ваша дверь, ваш номер, ваши, так сказать, величественные покои! Там нет засады, змей в постели и подосланных убийц! Всех этих прелестей "Доза" лишена, поэтом смело входите. А я, пожалуй, пойду и передам госпоже Симадсу, что довёл вас по этому тернистому пути (то есть двум коридорам), преодолевая препятствия (то есть лестницу в десятка три ступеней), к вашим хоромам в целости и сохранности! Вы живы, здоровы! Вас не покусали, не разорвали, не обидели… Мой долг о вашей сохранности исполнен и я… удаляюсь!
С этими словами Мати язвительно усмехнулся и уже было направился в сторону бара.

Отредактировано Матвей (2009-04-03 20:22:59)

0

16

<=Бар

Дальше по коридору. Не нравилось ему поведение своей маленькой и такой, лишь внешне, беззащитной жертвы. Мальчик решил язвить и нахальничать, думая, что в любой момент сможет сбежать? Не таких видели за свою жизнь, не с такими играли, не таких с распростёртыми объятиями встречали, после так же мило уничтожая. Но – это уже излишне, если уж совсем до бешенства доведёт, что вряд ли. Правда, наперёд не загадывают. Выслушав тираду относительно того, что в номере всяких гадов ползучих и на ногах ходящих не имеется, и что, собственно, задание выполнено, и мальчишка может смело убираться восвояси, Ми задумчиво приложил палец к уголку губ, наивно хлопая глазами. Эдакий невинный ангел, старая память и старое умение быть хорошим на вид, в то время, как в душе разные пошлы мыслишки летают.
- Юноша. Вас ведь попросили проводить меня до номера. А вы довели лишь до двери. Что если я вдруг поскользнусь на пороге, ударюсь головой и потеряю сознание? А если упаду на кровать неловко и сломаю шею об изголовье? Может, заведёте внутрь, я ведь такой неловкий, - движение вперёд и рука ложится на хрупкое плечо. Попытка не пытка, хотя вряд ли упрямый и хитрый юноша так легко согласится войти внутрь. Бабочки ведь тоже самостоятельно в сачки не летят, всем жить охота. Полноценно жить, надо заметить, кто знает, что может это существо под два метра ростом сделать.
"Странные существа - люди. Ну, вот чего ломаться, злить понапрасну? Сделал бы всё нежно, романтично и быстро и отправил бы на все четыре стороны. Так недт, ему садизма подавай, мазохист проклятый. а как изобью, так Кая с претензиями явиться? Ну, уж извиняйте, имею право. Да, хорошо всё же быть на таком положении, никто и ничего не сделает"

Отредактировано Миэналь (2009-04-03 22:41:31)

0

17

Матвей остановился, пытаясь вновь успокоить себя. Закатив мученически глаза к потолку, он вдруг понял, что так просто в ближайшее время ему не отделаться. Тяжело вздохнув и, нацепив на мордашку маску милого мальчика, он обернулся и, осторожно взяв кончиками пальцев ладонь гостя, снял её с плеча, после чего, отряхнув рубашку.
"Боже мой... Какие мы нежные! И главное как всё продуманно! Не думал, что он так быстро очухается от моего монолога... Ну что ж..." - Мати так ласково улыбнулся, словно хотел этой улыбкой отравить итальянца на месте.
- Что ж... господин! - прошипел тихо он - Давайте я досопровожу вас...
"Эти проводы для одного из нас будут дорого стоить... Ох, Кая! Как же долго, а главное громко я буду тебя благодарить! А лучше оттяпаю тебе нос... Ай нет, но точно что-нибудь подлое совершу!"
Матвей в несколько широких шагов достиг двери и осторожно открыл её. Внутри было довольно светло и мило, что немного успокоило мальчишку. Понимая, что стоять и вот так вот вечно разговаривать, просто сил и нервов не хватит, Княшков первым защёл в комнату и сделал приглашающий жест всё в том же поклоне.
- Ну вот! Здесь ничего и никого нет... Как можно сломать шею, когда у вас в изголовье столько подушек? Надеюсь мне вас через порог не нужно переносить, а то я боюсь, что ваше "неловкое" и "хрупкое" тело попросту раздавит меня! Это не значит, что я не буду при этом над вами благоговеть, просто... Со всеми вытекающими последствиями я уже не смогу выйти на сцену, а этого мне бы очень не хотелось! Я не могу не выступать! - всё тем же язвительным тоном продолжил Князь. Он прекрасно понимал, что, зайдя в комнату, загоняет себя в угол. Теперь, если не выскочить в удобный момент, то его просто схватят в крепкие итальянские коготки, как мышку... А когда отпустят? Хм... Наверное, когда захотят! На этом острове такие уж правила...

0

18

«У порога встал, значит. Прости мальчик, но я буду груб»
Резкий толчок в грудь, подальше от двери, после чего последняя оказалась захлопнутой. Такое же милое выражение лица, лишь улыбка сменилась на хищную. Инстинкт, что тут поделаешь.
- Ох, простите, боюсь, замок заклинило, - демонстративное  поворачивание ключа в скважине на два оборота. Комнату громить начнёт – не жалко, в другую переселят. Взгляд на окно – открытое. Но не будет же мальчишка сигать в него, учитывая расстояние до земли и тот факт, что с переломами он уж точно на сцену не вылезет, как бы не старался. А раз боялся…. Кстати – ещё один глупый поступок рассказывать всем и вся о своих слабостях. Теперь вот, если что, можно будет и до физических унижений опуститься, пусть это и подло.
- Сarino, не будешь так любезен проверить постель на наличие в ней ножей, игл и прочих опасных орудий? Под таким одеялом так легко всё скрыть, non è? – что – то на родной язык потянуло. Нервы – нервы. День к концу подходил, желание возрастало. А ещё и близость, но, одновременно с тем неприступная стенка. Чтобы не наброситься, как уже некогда думалось, он скрипнул зубами, забрал ключ, чтобы убрать его подальше от цепких пальцев и пошёл к окну. Прохладный ветер, вовсю задувающий, охлаждал и выстраивал мысли в чёткий порядок. Так, успокоиться, дать мальчику ещё немного поязвить, может, подёргать дверную ручку и убедиться в своём безвыходном положении. Пальцы расстегивают две верхние пуговицы рубашки, лицо вновь отворачивается в сторону ветра.
«Интересно, сможет он меня с окна спихнуть? Вот бы было интересно…»

*Милашка(итл.)
**Не так ли(итл.)

0

19

Матвей не ожидал такого поворота событий, поэтому попросту покачнулся и упал на пушистый ковёр, в некотором шоке наблюдая за гостем. Тот уже захлопнул дверь и, картинно поворачивая в ней ключ, громко и чётко произнёс:
- Ох, простите, боюсь, замок заклинило.
Матвей вскипел весь мысленно, понимая, что его худшие опасения оправдались. Теперь он как маленький воробышек сидел посреди комнаты и не знал что делать. Оглядев номер, он нервно пытался найти пути к отступлению, которых, впрочем, здесь не наблюдалось. Окно разве что... Но только этот выход был для него подобен туннелю и фонарику в его конце.
- Сarino, не будешь так любезен проверить постель на наличие в ней ножей, игл и прочих опасных орудий? Под таким одеялом так легко всё скрыть, non è?
Матвей вжал плечи, чувствуя, что сейчас просто не выдержит и начнёт громко и долго ругаться, при чём очень не красиво. Итальянец будто бы специально издевался, его взгляд просто уничтожал все мысли, не давая сосредоточится.
"Ну Кая... Если останусь жив, то вечер беседы у нас с тобой пройдёт незабываемо!"
- Граце, синьёре, что вы так любезны и доверяете мне проверять ваше ложе... Но, знаете ли, что-то меня туда не тянет! Это ведь не так сложно подойти самому и отдёрнуть это милейшее одеяльце! Уверяю, змей там точно нет! - язвительно ответил мальчишка, наблюдая, как гость проходит к окну. Уничтожающий взгляд просто прожигал ему спину, а тот так беззаботно стоял и любовался вечернем пейзажем. Мати тихо зарычал. Ему никогда не нравился итальянский... Ещё с того момента, когда мама лично заставляла его зубрить целые тексты, песни, арии, а потом переводить часами различные либретто на русский и английский. А теперь Матюша просто его возненавидел! Осторожно встав и отряхнувшись, певец поправил кружевной воротник, рукава и, поставив руки в боки, стал наблюдать за незнакомцем.
- Слушай, ну что тебе нужно ещё?
"Хм... И чего я спрашиваю? Ведь и сам знаю... Наверное для приличия"

Отредактировано Матвей (2009-04-04 02:28:19)

0

20

- Что мне нужно? – задумчиво, натянуто, не оборачиваясь. Опасения не оправдались – «дитё» не начало крушить всё подряд, просто кипело, как чайник на самом маленьком, почти невидном огне. Глаза, тем временем, наблюдали за мерно накатывающими на берег волнами океана вдалеке. Надо будет прогуляться до туда, когда погода улучшится. Может, попросить устроить небольшую экскурсию, а гидом Нагаши будет, или как его там. На имена память не особо хорошей была. Разворот на пятках, порывистые, но одновременно с этим и размеренные шаги в сторону юноши. Игры кончались, не успев начаться.
- Ты же умный мальчик, - холодные пальцы касаются щеки, скользят вниз, очерчивая скулу, мимолётно задевают губы и резко сжимаются на подбородке, вздёргивая его вверх до такой степени, чтобы голова максимально запрокинулась назад, а на шее проступили сухожилия. Холодный, безразличный похотливый огонь в глазах. Теперь это – всего лишь кукла на раз, не человек, даже не боец, просто игрушка в руках кукловода, который слегка выжил из ума и любит издеваться над марионетками. Наклонившись вниз, он прошептал, чуть ли не касаясь губами мочки уха,
- И ты не будешь корчить из себя саму невинность. – Вторая рука ловко расстёгивает рубашку, царапая и пощипывая довольно нежную кожу. Первая же, отрываясь от подбородка, ложится на талию, сильней притягивая к себе, пока лишь, чтобы окончательно выбить из головы существа всякие мысли о том, что можно что – то изменить.
- И ты не будешь злить меня, иначе, сolza rigidamente. – Кивок самому себе, шаг назад. – Забирайся на постель, если не хочешь быть прикованным к полу на остаток всей своей жизни.

*жестко изнасилую

0

21

Матвей вскипел от злости. Слова гостя выводили его из себя, его уничтожающее спокойствие просто убивало на месте. Когда тот задрал мальчишке голову так, что горло напряглось, а с уст слетел сип, глаза Мати запылали яростью. Дослушав итальянскую речь, которую он смог перевести, хоть такого в операх и не встречалось, певец отпихнул от себя руку незнакомца и отскочил к двери. Взгляд его изумрудных глаз стал медленно набирать жёлтые оттенки. Его бесил не тот факт, что его попросту хотят, а то, что этот итальяшка считал себя хозяином, обращался с мальчишкой, как с куклой, игрушкой...
- Забирайся на постель, если не хочешь быть прикованным к полу на остаток всей своей жизни. - холодно произнёс гость. Мати только прыснул, оскалившись в новой озлобленной, но всё такой же ядовитой ухмылочке.
- С чего ты решил, что я просто так дамся в руки такому как ты? Богатый гость, который всё может купить... Только я ещё не зверь! Поэтому имею права тебе не подчиняться.
"Зато начинаю звереть..." - Княшков злился и метался в мыслях, пытаясь найти хоть какой-то выход и старался оттягивать время, как только мог.
- А ведь я даже имени твоего не знаю... Это непростительная ошибка!
Он медленно скользил ладонями по стене, ощупывая её и пытаясь найти хоть что-нибудь для самообороны, но пока он нащупывал только лишь стену, по которой впрочем и пытался отступать боком. Выглядело глупо, смешно, но другого выхода Князь пока не видел.
"Чёрт... Если так дальше пойдёт, то он меня точно прибьёт или покалечит... Интересно, будет ли госпожа рада побитому шуту? Хм... А прикольно! Буду стоять на сцене весь в гипсе! А вот если я сегодня не пел бы... Может меня никто и не заметил!"

0

22

- Милый, ты не зверь, но можешь опуститься до его уровня очень легко. Посуди – покалеченного бойца выпустят на убой, в качестве куска мяса, или же продадут его, заработав немаленькое состояние, что, несомненно, будет выгодней. Зря ты пятишься, - ледяное спокойствие. Что ещё можно сказать, глядя на забавные и бессмысленные телодвижения. Так он глядел на тех, кого уже заказал у местной шпаны или же наёмника, так он глядел на раздавленную машиной кошку или здание, пылающее огнём. Это его лично не касалось, значит и внимания должного не стоит.
- Моё имя. Что ж, если интересует, Миэналь. Много времени этим оттянул? Учитывая то, что ничего опасней лампы ты тут не найдёшь и запустить в меня не сможешь. Хотя, если так нравится, пожалуйста, страдай ерундой. У нас много времени и течёт оно не в твою пользу, - пальцы медленно распутывают цепь, отцепляя один из её концов от браслета. Разумеется, какая польза от замкнутого кольца, куда проще так. Не хотелось прибегать к этой мере, но придётся, очень скоро, если «это» так и не вернётся к постели, послушно усаживаясь на неё. Интересно, он получит шок от звенящих и шевелящихся колечек, или спишет всё на травму головы, которой, правда, пока ещё не было.
Лишь внешне он оставался спокойным, лишь внутренне пылал презрением к жалкому человечишке, который и постоять за себя толком не может, лишь словесно отбиваясь от нападок. Ладно бы и впрямь, для приличия, кусаться и царапаться начал, а тут – раздражает такая самоуверенность.
- Так как, идешь валяться на шёлковом покрывале или мне тебя туда силой тащить? – плавно цепь описывает обычные круги. Не для запугивания он её мотает туда – сюда, для разогревки, давно всё же в ладони холодный металл не ощущал. Да и руку бы поразмять, которая уже устала извечно быть обмотанной тяжёлым «украшением».

0

23

Матвей заворожено следил за цепью. Он словно гипнотизируя, болталась из стороны в сторону, не давая сосредоточится мыслям.
- Да... Очень приятно... Миэналь... Ты прав, оттягивать время таким коротким вопросом глупо, правда, большего в таком состоянии я придумать не могу.
Мальчишка сглотнул и вцепился коготками в стену. Ну что он по большому счёту мог? Обычный человек, паренёк, который, по сравнению с этим сильным существом был совершенно никем.
Голова закружилась, в неё пробивалась дурная, но единственно правильная мысль - сдаться! Только вот в то же время совершенно не хотелось самому просто вот так идти и покорно становится подстилкой. Однако разум начал постепенно побеждать и Князь сделал первый шаг, отступив таки от стены. Подняв на гостя взгляд, мальчишка внимательно ещё раз осмотрел его, понимая, что его привычное поведение просто уже не поможет и не защитит его.
"И самое ужасное... Что ему так во мне понравилось? Не уже ли здесь на острове мало парней... Боже ты мой, что же я делаю? Какого чёрта я передвигаю ногами?" - пока мысли певца текли в своём направлении, само тело медленно шаг за шагом приближалось к Миэналю.
Наконец, когда между ними оказалось расстояние в два метра, Мати остановился и пристально посмотрел на свою участь в лице итальянца, пытаясь найти хоть что-то хорошее и положительное в сложившийся ситуации, только вот звон цепи свершено выбивал весь позитив.
И тут почему-то захотелось вновь подшутить... Уже по привычке:
- А вдруг там под одеялом всё таки ножи иглы и другие опасные орудья?

0

24

«Сдался. Психология, да уж. Ладно, раз мальчик такой послушный, почему бы не наградить его?»
Второй конец цепи так же отцепляется от браслета, а сама она летит куда – то в дальний угол в виду ненадобности. На лице вновь лёгкая улыбка, от прежнего холода ни следа. Развернувшись, мужчина мягко взял юношу за хрупкое запястье и повёл его к кровати, усаживаясь на неё первым и буквально силой заставляя Матвея опуститься к себе на колени.
- Как видишь – ножей и игл нет. А жаль, иглоукалывание полезная вещь. – Сердце недобро сжалось. Этот мальчишка бы в правнуки сгодился, а он его тут использовать собирается – подло. Ну, прекрасно, дожил уже до того, что совесть угасить не может.
«Ладно, если его расслабить первым, то дальше уже сам захочет»
Резкое подхватывание жертвы под мышки и переворачивание, укладывание его спиной на постель и лёгкие поцелуи от щеки к пульсирующей ямке не шее. Рубашка ещё ранее полетела на пол, поэтому простора для действий стало куда больше. Можно и нежным побыть, ленивым. Жаль, вовсе не пассивным, а то тогда вообще никто из них ничего не получит. Будут валяться рядом и разглядывать потолок на наличие на нём пятен или чего – то подобного. Зубы прикусывают сосок. Ещё одно странное свойство организма – эти две тёмные точки на теле всегда твердеют, независимо от того, возбуждён их хозяин или нет. Достаточно лишь прикоснуться. Сейчас целью Ми было обнаружить эрогенные точки, чтобы использовать их в дальнейшем.
«У него приятный запах кожи, ещё бы пот это не перебивал. Хотя, попробуй по сцене попрыгать и не вспотеть»

0

25

Матвей очухаться не успел, наблюдая за полётом цепи, как его осторожно взяли за тонкое запястье и потянули к себе, не хуже, чем он сам ещё минут 10 назад так же тянул гостя от стойки. Однако, в отличии от мальчишки, у Миэналя это получилось куда лучше. Движения были мягкие, не торопящиеся, да и сам Княшков не сопротивлялся. Просто подчинился этому итальянцу, который был в выигрышном положении.
"Хорошо, что меня хоть проигрывать научили с гордым видом! Интересно, сколько будут длиться мои муки?" - стал подсчитывать про себя певец, тем временем, как его усадили на колени и пояснили, что здесь точно нечего бояться и ничего тут точно нет. - "Нет, так нет... А вот насчёт иглоукалывания - это он не кстати! Не люблю я острое всё и колющее..."
Мати так же не стал сопротивляться, когда его подхватили и уложили на кровать, предварительно стянув с него рубашку. Мальчишка зашипел, как кошка, поняв, что его просто нагло и слишком быстро раздели, а ведь он даже не успел ничего сказать. Первым, что пришло в голову, так это спрятать бинты на запястьях за спину и слегка повернуться в бок ложась на правое плечо. За этим же сразу последовали умопомрачительные и нежные поцелуи. Губы Миэналя скользи от щеки, нежно цепляя кожу на шее, заставляя всё тело Князя покрываться мурашками и слегка вздрагивать. Руки он крепко сцепил за спиной, не двинувшись и сжавшись в одном положении – полу боком. А дело всё было только в том, что он ненавидел свои руки... Точнее не все руки...  пальчики, ногти и кожа была на них просто великолепна, а вот запястья, замотанные бинтами и плечо, покрытое цепочкой ровных узорчатых шрамов, была для него ненавистны. Хотя бы потому, что напоминали о том, как он оказался здесь и по чьей вине.
Внезапная нежность после такого холода и неприязни немного удивляла Князя, однако он предпочёл не зацыкливаться на этом. Мало ли в кого захочет поиграть гость? Однако опасаться его всё ещё следовало.

0

26

«Последний раз такой покладистый повесился. Не хотелось бы, чтобы с этим пареньком произошло тоже самое. Мне же Кая голову оторвёт, а остатки пустит в качестве игрушки своим зверятам. С другой стороны – отрывание головы ещё никому не мешало, со временем обратно прирастёт, если зашить нормально»
Мысли в одном направлении, руки, скользящие по телу в поисках чувствительных мест, в другом, губы, оставляющие красные засосы на нежной коже – вообще в третьем. Всё верно – двоякое сознание и нагло подвывающее подсознание. Он слишком поздно заметил, что мальчишка лежит в какой – то неудобной позе, не на спине, а практически на боку. Кажется, руки прячет? Пришлось расцеплять и их, на миг, прерывая, всякие прелюдия. Неудобно изворачиваться и так, и сяк, пусть себе лучше на спине лежит, а до его запястий, отчего – то забинтованных, вообще никакого дела нету сейчас, голова другим забита. Взору предстало ещё и плечо. Да, у мальчика было нелёгкое прошлое, где ж так хорошенько можно было ввязаться в неприятности, чтобы получить такие шрамы? Впрочем, опять не важно. Руки упираются уже в плечи юноши, чтобы опять не перевернулся куда – нибудь, спина изгибается, язык скользит к пупку. В результате становится ещё хуже, хоть с кровати на коленки сползай.
- Не переворачивайся, - мягко, но предупреждающе, освободившиеся руки тут же берутся за дело: одна под спину, заставляя её прогнуться «мостиком», другая расстёгивает ремень брюк и молнию, снимая и их, но оставляя нижнее бельё. Пока не за тем снято. Паха он касаться и не думал, водя около него, по бёдрам и их внутренней стороне, перескакивая с талии на ноги и, изредка, ягодицы. Трогая, щупая, поглаживая, дразня, в основном, дразня именно себя.
- Девственник? – Вопрос для приличия, так как почему – то Ми не сомневался в том, что ответ будет отрицательным. Хотя, кто знает, всё возможно. Просто ему Клетку расписали, как жутко похабное место, значит, ни один тут невинным не останется.

0

27

Его снова уложили на обе лапотки, предупреждающий тон и Матвей уже старался не вырываться, разве что иногда сильно вздрагивал и закусывал губу, чтобы не взвыть. Штаны тоже отлетели куда-то в сторону, ласковые руки, нежные поцелуи так не вязались с эти строгим итальянским видом, что Матвей попросту прикрыл глаза. Ресницы подрагивали, губы пересохли от частого и прерывистого, слегка рваного дыхания. Губу Миэналя дразнили, словно издевались над мягким и податливым телом мальчишки. Его дыхание обжигало кожу, принося с собой не меньшее удовольствие и блаженство.
"Что же ты делаешь, гад! У меня же сердце не выдержит... Или лёгкие... Боже мой, я же сейчас попросту задохнусь..."
- Девственник?
"Всегда ненавидел этот вопрос... Надеюсь чёткого и звучного ответа типа "есть, сэр!" он добиваться не станет?"
Мысли мальчишки вдруг заклинило в одном направлении: "говорить или лучше промолчать? А если он решит, что моё молчание это отрицание... Ой, надеюсь больно не будет! Я ненавижу это..."
С губ Княшкова сорвался тихий стон, большего он просто вымолвить не мог. А вот говорить гость, что он в таком положении не первый раз, но дальше поцелуев ничего не заходило, совершенно не хотелось... Может потому, что ему казалось, что принесёт Миэналю ещё большеё удовольствия. Может быть первым для таких как он - это и кайф, но сейчас лично Мати оказался в большим и огромной проигрыше, поэтому пытался гордо завершить свою "партию" и "сложить голову" в конце.
"О нет... Это психоз? Нервы? Боже мой, я нервничаю?! Это уже плохо! Зачем я нервничаю? Успокойся... Расслабься... Нет, раз уже шахматные доски в голове пестрят, значит это точно психоз..."

0

28

«Молчание – знак согласия? Господи, только этого мне ещё не хватало. Из такого богатого выбора, выцепил именно этого мальчишку! Нарвался на целку, надо же было так оплошать. И что мне теперь с ним делать? Разрабатывать? Да я ж его просто порву, а обещал обратно в сохранности притащить. И в относительной целости. Ладно, подумаем, может и орального обслуживания на сегодня хватит, не мне его рвать»
С губ – ни звука просто потому, что если бы Ми сейчас заговорил, то исключительно на матном родном языке, разбавляя запутанные фразы из брани ещё и английскими крепкими словечками. Так как ничего дельного сказать он был просто не в силах. Кроме того, возникла ещё одна проблема – возбуждение. Телом он владел и мог терпеть, сколько угодно, если бы мальчишка не стонал и не дышал так громко, прерывисто, если бы не это его довольное выражение лица, как бы он не пытался скрыть наслаждение.
Вскоре на пол полетела и последняя часть одежды, пальцы коснулись юношеской плоти, которая сама говорила всё за своего хозяина. Большой палец резко сдвигает крайнюю плоть, обнажая головку. После касается уздечки, опускается к основанию, где присоединяются уже другие пальцы. Вскоре вся ладонь обхватывает член, медленно водя вверх – вниз, замирая у головки, иногда несильно сжимая её или же надавливая на уретру. Сам Ми, тем временем, целует шею и губы своего партнёра, водя по ним языком, им же проникая в ротик и щекоча нёбо, лаская внутренние стенки щёк. Если раньше и были подозрения относительно того, можно ли так делать, вдруг ещё укусит, то теперь уже нет. Ни одна преданная собака, получающая кость, не укусит своего хозяина, эту кость ей протягивающего.

0

29

Матвей понимал, что вот сейчас точно может потерять душевное равновесия и сорваться на крик, почти перестал вдыхать. Спокойствие покидало его с бешено невозвратной скоростью, оставляя его разум где-то плавать в блаженстве. Матвей только и мог что тихо стонать, только вот теперь просто так лежать бревном и ничего не делать было как-то непривычно... Обмотанные бинтами руки осторожно обвили шею итальянца, и крепко вцепились ухоженными коготками в кожу на спине, потянули сильнее на себя. Машинально, уже практически ни о чём не думая, Мати отвечал на поцелуй, с нежностью покусывая тёплые губы гостя, иногда только отрываясь от них, чтобы взять немного воздуха, так как его и так катастрофически не хватало.
Глаза застилала пелена, не дающая чётко разглядеть ни взгляда партнёра, ни даже выражения его лица... Зато это давало некоторую свободу в действиях. Словно в темноте, Мати проводил руками по сильным плечам и нежно массировал шею, иногда скользя по ним губами, обдав кожу Миэналя горячим дыханием.
Сейчас мозг, понимая, что хозяин вернётся к нему совсем не скоро, попросту немного отключился, забывая о своём существовании. Зато пальцы ладони и всё остальное тело вспомнило о том, что они ещё могут двигаться, да ещё как!
Наглые пальчики весело и игриво блуждали по всему прекрасному накаченному телу, кое где начиная когтить, царапать вновь кожу, а потом отпускать, продолжая свой путь вниз по позвоночнику, куда мог ещё достать Княшков.
Язычок медленно перешёл к мочке уха, ласково забирая её в свой плен и слегка покусывая, стараясь не приносить боли, хотя и ужасно хотелось сжать зубы... Не из вредности вовсе и не из подлости! Просто из-за того, что несчастный разум не мог справиться с волной возбуждения, нахлынувшей на него.
"Смерти... Смерти он моей хочет и всё! Интересно, он меня совсем целым возвращать будет или по частям?"

0

30

Вскоре дыхание начало сбиваться и у самого итальянца, как бы он за собой и своими действиями не следил. Движения рукой уже более уверенные и резкие, стоило лишь почувствовать власть. Власть над телом мальчишки, однако, ценой тому – потеря контроля над собой. Тело извивалось, выгибаясь навстречу прикосновениям ногтей, рук, губ партнёра, кожа пылала от всех этих прикосновений, а в голову резким потоком хлынула застоявшаяся за день кровь. Всего один день без подобного, а уже успел соскучиться.
Чтобы не раздавить юношу своей массой, он перевернулся набок, побуждая и его сделать то же самое, так как вторая рука, не занятая поглаживаниями возбуждённой плоти, крепко обнимала талию, не давая отстраниться, чего, правда, Матвей сделать и не пытался уже.
«А страху то было, а возмущений. Ребёнок, за что же тебя сюда, в это гадкое место? Тебе бы в институт учиться, а не за решёткой сидеть, видя кровавые месива и жестокие ухмылки гостей. Я ведь не последний.… Надеюсь, Кая тебя сбережёт»
Скольжение вниз и вот уже пальцы второй руки перемазаны в природной пахучей смазке, что может облегчить разрабатывание тугого, девственного входа. Пальцы раздвигают две половинки, нащупывают горячее колечко ануса и водят по нему, около, чуть надавливая, проникая внутрь всего на мгновение, чтобы не причинить боль. Не хотелось портить такие прекрасные взаимоотношения, пусть они и будут держаться, пока не спадёт возбуждение.
«Неприятно будет ему. С каких это пор меня интересуют такие мелочи?»
Спина вновь в наслаждении изгибается к прикосновению, с губ слетает чуть слышный стон, больше похожий на хрип и какую – то мольбу. И мыслей опять не становится, разлетаются в разные стороны, не в силах сгруппироваться обратно.
- Расслабься, не то больно будет - сказано на одном выдохе, после чего палец резко входит на всю длину, замирая, давая привыкнуть к себе, но, в то же время, не давая вытолкнуть его, что, всяко, организм попытается сделать рефлекторно.

0

31

Матвей расплывался в довольной улыбке, слыша, как дыхания итальянца становится прерывистым, сбивается, как с его милых губ слетает этот тихий стон. Матвей тут же потянулся к губам и чуть прикусил их, наслаждаясь прикосновениями сильных рук, тёплого тела. То, что его переложили на бок, мальчишку совершенно уже не волновало, так как он попросту медленно и уверенно улетал в эйфории ощущений. Когда руки Миэналя скользнули между ягодиц, он немного напрягся, почувствовав нежные и крепкие пальцы на колечке ануса. Однако те не спешили, слегка нажимая и тут же ослабляя пальцы, словно давая привыкнуть к новым ощущениям.
Однако Матвей слышал теперь только дыхание и стоны партнёра, даже до самого себя ему было мало дела, поэтому он жадно впивался в губы, нежную кожу шеи гостя, запуская тонкие пальцы в его мягкие атласные волосы, и совершенно не собираясь прекращать эти долгие поцелуи и ласканья. Ему просто до умопомрачения нравилось слышать стон это сильно человека, чувствовать, как под нежными пальцами прогибается его спина, как тёплое тело прижимается всё ближе.
- Расслабься, не то больно будет - предупредил гость и, не успел Княшков и сориентироваться, что к чему, как почувствовал внутри себя что-то тёплое и твёрдое.
"Тонкое... Палец..." - быстро понял Мати, но это его совсем не успокоило, так как он оторвался от губ Миэналя и, уткнувшись лбом в плечо партнёра, низко завыл. Было больно, не резко, а какая-то не прекращающаяся тягучая боль, сковавшая ноги, отчего захотелось ими немного потрясти. Как только этот полустон-полувой вырвался из груди мальчишка, он тут же переправил его немного в другой резонатор и стал, успокаивая себя и организм, что-то тихонечко напевать на родном русском языке. Потом, медленно выдохнув, он всё так же не отрывая головы от плеча тихо проговорил:
- Миэналь... Если следующий раз будет, в чём я почему-то сомневаюсь... Предупреждай очень медленно и очень заранее!

0

32

Вой, больше походивший на жалобное поскуливание избитого щенка, голова, доверчиво уткнувшаяся в плечо - всё это было как – то неожиданно, необычно. Захотелось обнять его, утешить, нашептать, что ничего страшного, что не так уж это и неприятно, просто непривычно. Но для этого понадобилась бы третья рука, которой даже у него не было. Хорошо хоть тот и сам стал успокаиваться собственными методами. Даже смог что – то дельное выговорить, жаль, Ми слушал его в пол уха, куда больше сосредотачиваясь на присоединении к первому пальцу ещё одного, всего на половину, но за то растягивая тугие стенки то так, то сяк.
- Договорились, - хитрый оскал. Будет он заранее предупреждать, как же, мечтать не вредно. Это уж как в голову вдарит, а, в таком случае, никакой «заранее» просто не может существовать поблизости. Ответил тоже так, чтобы отвязаться, по большей части. Или надежду в глупое сердце вселить, что ничего спонтанного больше не будет. Сердце ещё потрепыхалось немного в груди, а после издало прощальный, резкий стук и затихло, напомнив о том, что прелюдия как – то маленько затягиваются.
- Sole, ты знаешь, что такое минет? – ну, а как ещё было спросить. Не поставить же на колени и не заставить, грубо говоря, сосать. Пошло, мерзко, даже для того, кто вообще с правилами этики не знаком. Нет уж, пусть все будет мягко до последнего, хотя, в принципе «по убеждению» и «по собственному желанию» слабо различались в данной ситуации.
«Откуда же ему знать. Если, конечно, не был нормальным подростком, обшаривающим просторы Интернета и родительские журналы на наличие чего – нибудь интересного»

*Солнышко(итл)

0

33

Пока Мати пытался себя успокоить к первому пальцу начал присоединятся и второй, осторожно растягивая мальчишке анус. От этого вновь закружилась голова, а боль отступила на второй план. 
- Договорились. - хитро улыбнувшись ответил итальянец, что почему ещё сильнее не понравилось Матвею. Однако он пожелал промолчать, мысленно поставив себе галочку напомнить ему, если что... И тут последовал ещё один милый вопрос, который не заставил, конечно, Княшкова врасплох, но немного удивил. Хотя собственно его он последние минуты и ожидал услышать.
- Sole, ты знаешь, что такое минет?
"Как мило... Я солнышко...."
Поправив чёлку, упавшую на глаза, Матвей язвительно усмехнулся и ответил:
- Еще, наверное, минут так 20-25 назад я бы сделал глупое выражение лица и ответил "Нет, ой, а расскажи!"... Но почему-то теперь мне кажется, что это не поможет!
С этими словами Матвей провёл по груди гостя пальчиком, рисуя тонкую дорожку до самого низа живота. после чего, снова подняв руки вверх, он нежно прикоснулся к ключице губами и, стал покрывать её поцелуями, достаточно быстро справляясь с пуговицами на рубашке парня. Когда та была расстёгнута, то Мати приподнялся и, помогая гостю стянуть с себя и отбросить её, сел верхом на итальянца, проведя по его тёплой разгорячённой груди ладонями.
- Строить из себя дурачка не буду... - холодно ответил Княшков и приблизился к лицу парня, нежно проводя дорожку языком от мочки уха до ключицу. Всё так же нежно поглаживая мягкую кожу ладонями и спускаясь ниже к ремню.
Подцепив его, мальчишка проворно расстегнул его, потом ширинку и добрался таки до заветного бугорка, положив на него ладонь. Теперь единственной преградой к нему было только тонкая ткань... Однако Матвей не спешил.

0

34

В этом смелом и дерзком мальчишке уже трудно было узнать того, со сцены. Что в нём изменилось за этот короткий срок? Гормоны взыграли, игр захотелось. Только теперь в качестве игрушки выступал уже сам итальянец, который хоть и пытался быть всё время в ведущей позиции сверху, теперь всё же оказался в некоей пассивной роли снизу. Этим надо было пользоваться, не всегда же «работать», можно и отдохнуть уже. То ли у Матвея был опыт, то ли какие – то свои причины подтолкнули его на действия, но с рубашкой он разделался относительно легко. Как и с ремнём, и брюками, которые уже давно мешали, причиняя кучу неудобств. Оголённая спина коснулась мягкого шёлка, от чего на мужчину накатила новая волна наслаждения. Любил он этот материал, любил эти нежные прикосновения ткани и до сих пор недоумевал, почему люди предпочли подобной нежности грубую синтетику, от которой всё зудит, чешется и краснеет. Вот раньше – никаких проблем с кожей, никаких аллергий.
Лёгкая рука на паху раздразнила хуже всего, что было до этого. Ведь так близко, но одновременно с этим, не касаясь. Ткань мешает, а сам юноша, видимо, не спешит лишать его последней детали одежды. Боится что – то новое там увидеть для себя? Открытие сделать? Хорошо хоть монахов в евнухов не превращали, а то, возможно, теперь бы Мати и обнаружил там что – нибудь необычное для себя. С другой стороны Ми бы тогда вообще его в комнату не потащил, так как и желания бы не испытывал.
Если мальчик надеялся, что итальяшка примется угрожать, умолять или заставлять его сделать что – либо, он ошибся. Так как дьявол в ангельском обличье был слишком горд, чтобы произносить лишние слова и, тем самым, опускать самого себя до обычных людей, просто испытывающих низменные инстинкты. Посему, он лишь поднял руки вверх, сцепив их замочком у самой головы, и обворожительно улыбнулся, показывая, что сам действовать более не намерен. До поры.

0

35

Когда гость сцепил руки в замок и закинул их за голову, мальчишка лишь криво усмехнулся, сверкнув изумрудными глазами и соскользнул вниз. Потом, губками коснувшись его плоти сквозь тонкую ткань, Мати цепкими пальчиками прихватил резинку и избавился от помехи для обзора. Обхватив ладошкой член, он с лёгким нажимом начал массировать его, после осторожно обхватил головку губами, слегка уступая им место, а после и вовсе опустив ладонь к самому основанию, чтобы не мешать себе. Странный солоноватый вкус с примесью чего-то сладкого, аромат кожи и непонятный, незнакомый запах...
Голова мальчишки кружилась от перевозбуждения, поэтому он попросту возможно не до конца понимал, что происходит и что он собственно сам делает. С каждым разом он всё глубже заглатывал член, порою до такой степени, что начинал задыхаться и тут же отпускал его, чтобы вдохнуть, успокоится и смахнуть хрустальные слезинки, выступавшие в эти моменты удушия против его воли. В эти мгновения отдыха, пока грудная клетка тяжело поднималась, пропуская в себя очередную порцию воздуха, он нежно ласкал кончиком языка головку.
Свободная рука свободно блуждала по тем частям тела, которые только могла достать. Она ласково бродила по животику, рисуя на нём какие-то незамысловатые узоры, потом спустилась ниже, пробегая коготками по ногам, царапая и начиная когтить бёдра, гладя по всей длине ног и снова поднимаясь ладони к животу, нажимая на кожу, будто массируя её, давая максимально расслабиться.
"Наверное вот именно так и бывает, когда окончательно сносит крышу..."

0

36

Да, мальчик был хорош. Нет – великолепен. Прекрасный из него зверёныш вышел бы. А как надоест – так любой бордель его с руками и ногами оторвёт, предлагая немыслимые суммы. И деньги не потеряются, и существо будет пристроено в хорошие руки. Нежные прикосновения заставляли изгибаться навстречу, впиваться пальцами в покрывало и радоваться тому, что ткань крепкая, не порвётся.
Грудь уже буквально разрывается от стонов, вздохов и неясных хрипов. Всё это не столько от приятных ощущений, к которым он уже привык давным – давно, а напускное, чтобы заводить себя ещё больше. Вряд ли юноша сможет слишком долго давиться, а на конец у Ми сформировались далеко идущие планы. Приподнявшись на локтях, он положил ладонь на затылок Мати, сперва просто держа её, а после прерывая заданный темп, не давая, порою, даже отстраниться, чтобы вдохнуть. Человек может без воздуха около трёх минут, если его лёгкие не разработаны. Учитывая сложившуюся ситуацию – не больше двух. Так что ничего страшного, если очередной раз не вдохнёт, не случится. Единственное, что мужчина не хотел и не собирался делать – это вообще как – либо шевелить бёдрами. Навстречу ли, или, наоборот, отстраняясь – никак. Из собственных соображений, надо сказать, да и без того, изредка, на глазах партнёра мелькали слёзы, зачем же причинять ему ещё больше неудобств.
- Проглоти, - лёгкая улыбка и финальное прижимание его головы к себе, то ли награждая тёплой спермой, то ли наказывая за что – то, хотя было не за что. После этого он притянул юношу к себе, целуя в опухшие от подобной работы губы, ощущая на языке вкус собственного семени, смешанный со вкусом слюны и смазки. Не очень приятная смесь для непривыкших к этому людей, чем – то напоминает смесь яичного белка с сахаром, а на такое, как известно, организм реагирует специфически, возмущаясь и не желая больше никогда ощутить подобное.

0

37

Матвею нравилось, как тело гостя извивается, стоны становятся громче, а сильные руки сжимаю прохладную ткань на постели. И самым большим удовлетворением было осознавать то, что причиной этих телодвижений являлся он - мальчишка. О да, это было куда приятнее всех похвал и комплиментов!
Когда сильная ладонь легла на тёмную голову, мальчишка расплылся в блаженстве и даже вздрогнул. Ну что ж поделать... Волосы и макушка были теми самыми точками, от которых Княшков просто млел, а тело покрывалось мурашками от удовольствия. Почему? А вот этого не зал даже он сам, просто ему нравилось, когда чьи-то пальцы прикасались к волосам, капались в них, гладили. Но вот того, что последует мгновением позже, он совершенно не  ожидал. Ладонь напряглась и нажала на затылок, сбив не только темп, но и заставив мальчишки опустить голову ещё ниже и не давая поднять её, чтобы вздохнуть. Мало того, что он и так с трудом дышал, так ещё и это... Стрелки ресниц моментально намокли, слиплись, однако катится по щекам слезинки не стали, оставшись на пороге изумрудных глаз. Возражать в таком положении было невозможно, поэтому мальчишка просто импульсивно сжал горло, чтобы окончательно не подавится и только лишь злобно зыркнул на Миэналя и закрыл прикрыл глаза, чтобы не дать слезинкам ходу дальше. Ещё не хватало рыданья тут устраивать... В прочем итальянец вскоре слегка ослабил нажим, давая мальчишке освободится и сделать вдох, правда чередовал он это постоянно, что возбуждало и бесило неожиданностью.
Вскоре правда и это закончилось... Миэналь с силой надавил на голову мальчика и негромко приказным тоном попросил:
- Проглоти.
Матвей сначала не понял, к чему это было сказано, и что это за улыбочка сладко расплылась на этом утончённом лице. Когда же понял, то дёрнулся, пытаясь освободиться, но это было не только невозможно, но и катастрофически поздно. Горячая смесь с специфическим и неприятным вкусом залила всё горло, не давая продохнуть. Ужасно этого не хотелось, но ему больше ничего не оставалось, как попросту проглотить её, чтобы не задохнуться, при этом с ресниц всё таки сорвались слезинки... После его освободили и потянули к себе, словно награждая поцелуем за проделанную работу. Когда Княшков смог оторваться от гостя, с губ его сорвалось тихое шипение, а зелёные глаза засияли дикой яростью.
- Сволочь... - прорычал он, а после, немного отдышавшись продолжил – Удовлетворён? Теперь ты отпустишь меня?

0

38

Бровь скептически скользнула вверх. Пару минут назад по – идиотски счастливое лицо, стоны, охи, ахи. А теперь он уже сволочь. Как быстро может меняться настроение у людей, слишком быстро. Настолько, что очень сильно раздражает и заводит, но уже в ином смысле. Не как зверя в брачный период, а как охотника, поймавшего дичь. Кажется, подобное было вначале, но теперь вышло за все грани разумного. Пожалуй, он не собирался убивать юношу лишь потому, что обещал это хозяйке, с которой ещё не раз придётся пересечься на острове. Женщина хрупкая на вид, однако, явно обладает взрывным характером, а второй раз видеть порог ада или же чересчур яркое сияние небес не хотелось – вредно психике.
- Не отпущу, - всё такая же улыбка. А чего ему – то выражение лица менять? Настроение не испортилось, наоборот, налаживалось ещё сильней. А ночи он предпочитал бурные, в таком темпе, что бедные партнёры после недели эдак две избегали всякого напоминания о том, что в мире вообще существует такая вещь, как половой контакт. Нет, этот юноша не из подобных нытиков, но Ми, так или иначе, хотел и ему устроить незабываемую ночку. А всё из – за того, что кое – кто не умеет вовремя прикусить свой хорошенький язычок, способный на многое, но только не на разумные фразы.
- Ведь так приятно слушать в свой адрес столько лестные комплименты, глядеть на это милое, перекошенное от злости лицо. Откуда в вас, людишках, столько ненависти? В одном глупом, тщедушном тельце. Как не разорвались ещё, - пальцы вновь впиваются в затылок, крепко сжимая пряди, чтобы уж не дёрнулся. А если и дёрнется, сам себе хуже сделает, волосы всё же чувствительное место абсолютно у всех. На этот раз Ми швырнул мальчишку уже на пол, желая, чтобы тот ударился головой, но при этом не получил сотрясение. Склонился над ним, ещё шире растягивая губы, сверкая белоснежными «клыками» и сверля безжалостными глазами.
- Или за ней скрыт страх, солнце? Cosa stai paura? Меня? Или опасаешься за свою невинность? А, может, боишься, что об этом узнает твоя хозяйка Кая, которая тебя продала всего лишь за пару слов, зная, чем это обернётся. Глупый ребёнок. А я ведь мог отпустить тебя. Теперь же будь cervello, учись на своих ошибках, - за разговором он умудрился наклониться к самой мочке уха юноши, однако при этом не касаясь его никакой другой частью тела, только губами. Точнее уже зубами, так как по окончанию монолога он резко прикусил нежную кожу, на этот раз до крови, чтобы неповадно было. – Для начала научись извиняться, - уже явно издевательские нотки засквозили в голосе. Одного он не учёл – что сейчас находится в наиболее выгодном положении для удара. Правда, на месте Мати, рисковать бы не стоило. Но кто знает, способен ли озлобленный паренёк на логику?

*Чего ты боишься?
**Умничкой

0

39

Лицо Миэналя выразило какое-то странное и холодное удивление. Было видно, что слова Матвея ему совсем не понравились, однако на лице так и осталась эта странная надменная ухмылка. Охотничий огонёк в глазах не удивил, не испугал, не стал для мальчишки новостью, однако что-то заставило его слегка отпрянуть.
- Не отпущу, - спокойно ответил гость - Ведь так приятно слушать в свой адрес столько лестные комплименты, глядеть на это милое, перекошенное от злости лицо. Откуда в вас, людишках, столько ненависти? В одном глупом, тщедушном тельце. Как не разорвались ещё.
Сильные пальцы итальянца вновь сомкнулись на волосах, но на этот раз причиняя дикую боль. Мати тихо взвыл, на глазах выступили слёзы, однако дальше ресниц он ходу им не дал, сильно зажмурившись и зашипев от боли. Миэналь грубо швырнул певца на пол, от чего тот ударился об него боком. Плечо заныло, голова затрещала, от чего тонкие ладошки тут же обхватили её. А над ним уже склонилось лицо парня, украшенное всё той же ухмылкой на губах.
- Или за ней скрыт страх, солнце? Cosa stai paura? Меня? Или опасаешься за свою невинность? А, может, боишься, что об этом узнает твоя хозяйка Кая, которая тебя продала всего лишь за пару слов, зная, чем это обернётся. Глупый ребёнок. А я ведь мог отпустить тебя. Теперь же будь cervello, учись на своих ошибках, - неожиданно, почувствовав резкую боль на мочке уха, мальчишка постарался отпрянуть, но стало только хуже... Ладонь тут же схватилось за неё, почувствовал липкую кровь, а тонкие пальцы тут же обожгли содранное место. Боль была неожиданной и настолько сильной, что всё тело свело что-то вроде судороге. Хотя что там по сути? Всего лишь то куснули за мочку... Только вот для мальчишки это было почему-то куда хуже, чем когда-то падение на прутья камина... Хотя наверное тогда был шок! А может и сейчас? Мати не знал, как можно защищаться от этого существа... Что нужно было делать, а что делать было нельзя? Однако это лицо находилось слишком близко...
– Для начала научись извиняться - довершил Миэналь. Ярость в глазах мальчишки запылала новым пожаром.
- Ah... Tu sei molto gentili*! Я просто таю... - прорычал мальчишка сквозь зубы - Жаль только я этим никогда не отличался, уж извините!
Князь отпихнул от себя с силой лицо гостя и отскочил к стене. Как защищаться он не знал, да и стоило ли? Но новая волна ненависти накатила с такой силой, что просто не могла просто так отхлынуть. А самое отвратительное, что произошло... Просто Княшков не ожидал, не мог ожидать, что последняя его защита и опора в этом проклятом месте разрушилась вместе с предательством... и чьим? Госпожи Симадсу!
- Бояться... О нет, бояться я не стану!

Ах… Ты очень вежливый!*

Отредактировано Матвей (2009-04-07 01:01:30)

0

40

Объявив юнца хамом и рассудив, что таких жалеть вообще нельзя, он поднялся с пола, задумчиво смотря на него. Вновь у стенки. Бояться он не будет. Извиняться тоже. Тогда почему такой затравленный взгляд, рассеянные движения и явное непонимание того, что делать дальше. А дальше либо колошматить в дверь, либо биться об стену в надежде прососаться сквозь неё, либо просто молча ненавидеть весь мир. Как плавно всё сходится к тому, что пол придётся отмывать от крови, так же, как и стены. Подходить к мальчику итальянец не стал, напротив, он пошёл в другой угол комнаты. Обратно за цепью, которую так поспешно выкинул в прошлый раз. Теперь же пришло её время – куда хуже кнута, куда больней и урон больший наносит. Синяки ведь дольше ран заживают. Но это и не тяжелые увечья, с которыми нельзя двигаться и скакать на сцене.
- In this farewell, there’s no blood, there’s no alibi. ‘Cause I’ve drawn regret, from the truth, of a thousand lies., - странная картина – размахивая цепью, итальянец начинает просто и беззаботно петь песню, не особо подходящую к данной ситуации. Впрочем для того, что он собирался сделать, смысл слов особо важен и не был. В двух метрах от мальчишки он замер, резко кидая своё орудие вперёд, продолжая петь. Цепь взметнулась, замерла в паре сантиметрах от лица жертвы и перекинулось на его шею, обвиваясь, душа. Ми тоже подошёл ближе, так как предварительно прицепил один конец к браслету, и всей длины цепи не хватало на то, чтобы крепко обвить тонкую шею. - So let mercy come, аnd wash away… - цепь сжимается туже, будто желая сломать шейные позвонки пополам. А после итальянец замолкает, орудие соскальзывает с шеи партнёра.
- Тебе понравилось? Я могу и продолжить. Сломать руку, ногу. Устроить так, что ты никогда больше не запоёшь, для этого стоит лишь сильней придушить. А я ведь так мало просил. Извиниться. Ты ничтожество, если даже этого сделать не можешь. Сядь на колени… - Вновь прищур, как у довольной кобры. Цепь мягко звенит, уже лишь слабо качаясь вперёд – назад, точно маятник, а не бешено кружась непонятно в каких направлениях.
«что – то же должно тебя пугать. Что – то….»
Взгляд зацепился за плечо парнишки. Тот узорчатый шрам. Наверное, такие же и на руках, раз он их прятал. А, значит, не хотел показывать, боялся увидеть вновь, размотать бинты. Значит, боялся прошлого. Что ж, на крайний случай и психическое давление пойдёт.

0


Вы здесь » "The Cell" - Welcome to Hell! » ...Старая игра... » Номер Миэналь


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC